![](./images/np_l.gif)
![](./images/np_r.gif)
С этими словами он быстро удалился, чтобы не расхохотаться от собственной шутки.
Глава 16
Как только Штефан скрылся за дверью, Таня бросилась проверять, не забыл ли он случайно запереть ее? Громкий щелчок замка поверг ее сначала в уныние, а потом в ярость от собственного бессилия.
Она со злостью ударила ногой в эту проклятую дверь и услышала с той стороны злорадный смех Штефана.
Черт бы его побрал! Перепады его настроения так надоели ей: то гнев, то вдруг веселье, правда, шуточки у него тоже особого рода. Надо же придумать — танцевать для них! Вот на его могиле она и спляшет.
В отчаянии Таня начала слоняться из угла в угол, метаться словно зверь в клетке. А что, если они не выпустят ее из каюты до самого Нового Орлеана? Тогда, выходит, у нее не будет ни малейшей возможности совершить вожделенный побег! Как ужасно!
Это уже просто ни на что не похоже — так обращаться с женщиной! Больше она ни на какие уступки не пойдет, ни о чем договариваться не станет, никакие условия выполнять не будет. Так вероломно посягнуть на ее свободу! Где это видано! Она ни на что не имеет права, ей несут какую-то ерунду, врут, издеваются, да еще и наказывают, как черную рабыню! Нет, что-то надо делать! Каким-то образом добиться своего. Есть один выход… Нет, на это она не пойдет. Она не может спать со Штефаном, это ей вовсе не сулит свободу, наоборот. Можно попробовать притвориться, что она наконец подчиняется их требованиям, нет, не всех четверых, а только Штефана, потому что только он принимает решения. Его нужно убедить в том, что ей можно доверять, а значит, и выпускать из каюты. Теперь надо придумать, как это получше сделать.
Тут взгляд ее упал на полку с чемоданами, которые, судя по всему, принадлежали Штефану. Он предложил ей воспользоваться его гардеробом и переодеться? Отлично, она начнет с того, что уступит его пожеланиям. Рубашку-то у него можно одолжить? А потом, пора прекратить препирательства со Штефаном, спокойно воспринимать каждое упоминание о королях и принцессах, прикинуться, что она наконец поверила в эту легенду. Еще неплохо бы как-то вскользь заметить, что она не умеет плавать. Тогда он поймет, что можно без боязни выпустить ее на палубу: во-первых, она не станет призывать пассажиров на помощь, а во-вторых, не прыгнет за борт.
Таня нехотя подошла к чемоданам и никак не могла решиться притронуться к ним — настолько щепетильно относилась к чужим личным вещам. Она бы с удовольствием обошлась без переодеваний, но приходится поступиться своими желаниями. Кроме того, ее собственная блуза стала неприятно влажной. Все из-за Штефана!
Она залилась краской, вспомнив бурную сцену. Надо бы ей считать этот случай самым ужасным в ее жизни, но на самом деле это не совсем так. Гнев Штефана страшен, но, в конце концов, он просто помял ее немного на кровати и не отважился на большее, изнасилования не было. Сумел вовремя остановиться все-таки! А ведь не знал, что мог стать первым мужчиной, считает ее проституткой, для которой подобные дела — пара пустяков.
А то, что произошло потом… Лучше не вспоминать об этом, хотя он не особенно обидел ее этим детским наказанием. Не так уж было и больно, правда, сидеть ей будет не очень приятно еще пару дней, но с Таней бывало и похуже — подняться не могла по несколько дней! Это когда ее Доббс лупил палкой и кулаками, а Штефан отшлепал — и все.
Но вот что непонятно — его дальнейшее поведение. Похоже, Штефан испытал чувство раскаяния за то, что поднял руку на женщину, на Таню. Он даже пытался извиниться, неуклюже утешал ее, пока до него не дошло, что она не нуждается ни в том, ни в другом.
Девушка хорошо понимала, что заслужила наказание, — еще бы, взять и столкнуть здоровенного мужчину в воду! И это после того, как она пообещала быть паинькой. Но ей радостно было сознавать, что она хоть чем-то досадила Штефану.
Открыв чемодан, она застыла на мгновение, разглядывая сложенные там вещи, какие-то коробки… Можно было покопаться и все рассмотреть, но Таня и так чувствовала себя неловко, эдаким воришкой, поэтому схватила первую попавшуюся сорочку — белую батистовую, очень тонкую. Она быстро переоделась и обнаружила, что через материю просвечивает грудь. «Этого еще не хватало! — подумала Таня. — Под такую рубашку нужна еще и нижняя, но в этом чемодане ее уж точно нет!»
Она порылась немного и нашла замечательный черный шелковый, шитый серебром жилет. Покрутила в руках диковинную вещицу, раздумывая, не слишком ли она хороша для такой простолюдинки, как она. Но Штефан разрешил ей взять все, что она захочет, а жилет ей так приглянулся!
![](./images/np_l.gif)
![](./images/np_r.gif)