![](./images/np_l.gif)
![](./images/np_r.gif)
Информацию разведки погранвойск Берия докладывал Сталину систематически, полно, с максимально возможной на момент доклада детализацией и в масштабах всей западной границы СССР. Сводки эти сохранились в архивах, а многие из них уже давно рассекречены, преданы гласности и опубликованы. И любой может убедиться в этом. В том числе и в том, что эти сводки направлялись также и в Наркохмат обороны, Генштаб и ГРУ. Аналогичная подготовка велась и во внутренних войсках НКВД.
Так что единственные войска СССР, которые встретили трагический рассвет 22 июня в полной боевой готовности, — это руководимые Берия пограничные и внутренние (в том числе и дислоцировавшиеся вблизи или непосредственно около границы) войска НКВД СССР. Полная боевая готовность в этих войсках была объявлена еще в 21.30 21 июня 1941 года. Более того. Именно Берия еще 16 июня 1941 г. издал приказ, согласно которому в случае нападения Германии на СССР пограничные войска должны были перейти под оперативное управление полевого командования РККА[141]. И даже по линии постоянно инкриминируемого Берия ГУЛАГа 12 июня 1941 г. был издан приказ о немедленном развертывании производства боеприпасов для оборонительных боев[142]. И еще многое, очень многое успел сделать нещадно оболганный и оклеветанный Лаврентий Павлович Берия накануне войны, чтобы как можно лучше подготовиться к отпору врагу. Естественно, что в центре его внимания в связи с надвигавшейся угрозой войны были подчиненные ему органы госбезопасности и внутренних дел. Хотя, если быть хронологически точным, то с 3-го февраля 1941 г. он формально не имел отношения к органам госбезопасности — тогда произошло разделение НКВД СССР на НКВД и Народный комиссариат государственной безопасности СССР, который возглавил его соратник В.Н. Меркулов. Правда, за Берия сохранилось общее кураторство над Лубянкой, так как с 20 марта 1941 г. он стал первым заместителем председателя Совета народных комиссаров СССР (СНК СССР), то есть правительства СССР.
Ни историки, ни тем более пишущая братия не считают нужным хоть как-то упомянуть, что подготовка к войне началась в НКВД еще в конце лета 1939 г. и что руководил этой подготовкой лично Лаврентий Павлович Берия. Так, 2 августа 1939 г. в Особые отделы военных округов и армий была направлена Директива НКВД СССР № 616 «Об устранении недостатков в отмобилизовании войсковых частей, развернутых по штатам военного времени и направляющихся к месту назначения»[143].
30 сентября 1940 г. Особый отдел ГУГБ НКВД СССР подготовил специальный обзор, в котором рассматривались многие вопросы организации работы военных чекистов на ТВД (театре военных действий). В частности, руководство в боевой обстановке подчиненными органами, место уполномоченного в бою, деятельность на освобожденной от противника территории, использование специальных сил и средств, борьба с дезертирством, первичная работа с военнопленными.
В ноябре и декабре 1940 г. Особый отдел ГУГБ НКВД СССР подготовил и направил начальникам 00 НКВД военных округов и армий две директивы об оперативных мероприятиях по пресечению подрывной деятельности германской разведки и мерах по расследованию фактов утери и хищения секретных документов в войсках. В этих же директивах были указаны объекты, вызывающие главное внимание спецслужб противника, рассматривались его приемы и методы, всевозможные ухищрения при осуществлении шпионской деятельности и использовании агентов и диверсантов179.
В начале 1941 г. в соответствии с указанием Л.П. Берия Особые отделы подготовили планы мероприятий «по созданию агентурно-осведомительного аппарата в случае начала войны, организации оперативной работы среди военнопленных, перебежчиков и интернированных, среди гражданского населения на занятой противником территории». Приказом Л.П. Берия в органах военной контрразведки было введено в действие «Наставление по мобилизационной работе органов НКВД», которое вступило в силу 27 января 1941 г. Этим документом устанавливались действия Особых отделов при общей, частичной, скрытой и открытой мобилизации, подготовлены и объявлены штаты Особых отделов на военное время[144].
В январе же 1941 г. до начальников Особых отделов в войсках была доведена очередная директива о методах работы германской разведки и мерах по пресечению ее подрывной деятельности.
Предпринимались также и иные меры, в том числе и по линии центрального аппарата НКВД и его территориальных органов. После разделения НКВД СССР на два наркомата — НКВД и НКГБ и с выделением Особых отделов из структуры НКВД и передачей их в виде 3-го Управления в состав НКО СССР дальнейшая работа по подготовке всех звеньев органов государственной безопасности к грядущей войне осуществлялась уже этими наркоматами в рамках их компетенции. Деятельность эта была исключительно многогранная, разноплановая, чрезвычайно объемная и потому рассказать обо всем просто нет никакой возможности, тем более в рамках одной книги или анализа одного мифа. Однако и того, что было сказано выше, как представляется, вполне достаточно для того, чтобы согласиться с той точкой зрения, что Лаврентий Павлович Берия начал серьезную подготовку к войне заблаговременно. Именно поэтому-то, вновь обращаю на это внимание, единственными войсками и единственными силовыми ведомствами, которые встретили начало войны в полной боевой готовности, были войска и органы НКВД и НКГБ СССР.
141
Пограничные войска СССР. 1939–1941 гг. Сборник документов и материалов. М., 1970, с. 163.
142
ГАРФ. Ф. 9414. On. 1. Д. 1978. Л. 23.
143
Военная контрразведка. История. События. Люди. Книга первая.
144
Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне. Том 1. Книга первая. М» 1995, с. 280–283.
Никифоров А. Из секретных архивов. Особняк в Хлебном переулке. http//www. voronezh.ru//inform/news/2003/339921178. html/
![](./images/np_l.gif)
![](./images/np_r.gif)