ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Озеро грез

10 раз вау читайте - не пожалеете >>>>>

Гнев ангелов

Этот триллер или мелодрама блин >>>>>

В огне

На любовный роман не тянет, ближе к боевику.. Очень много мыслей и описаний.. Если не ожидать любовных сцен,... >>>>>




  131  

– С кем ты разговаривала? – спросил Игорь, не подымая век; грудь его вздымалась, он еще постанывал на выдохе.

Но она ему ничего не ответила. Затем неожиданно всхлипнула.

– Ты плачешь? Что случилось? – он поднялся на локте и заглянул ей в глаза. – Ты чего? Тебе нехорошо?

Но она снова промолчала. Она была в тот момент слишком далеко от него, и тело ее хранило прикосновения другого мужчины, его запах, а в голове шелестели другие слова, сливаясь с шелестом мокрых каштанов: «Мне кажется, ты еще спишь…»

И позже, очнувшись от наваждения и целуя Шубина в губы, Юля вполне осмысленно и серьезно сказала:

– Ты должен сегодня же вылететь в Москву, это очень важно. Вставай, я сама сварю тебе кофе… Ты не знаешь, сегодня в библиотеке не выходной?

* * *

Она размышляла приблизительно так: Берестов нанял Крымова, чтобы найти убийцу отца Кирилла, с одной целью – поймать и посадить за решетку своего давнего соперника – Куракина. То есть он почему-то был уверен, что священника убил именно Куракин. Но почему? Берестов считал, что Куракин способен на такое убийство ради того, чтобы подкинуть улики сопернику и тем самым вывести его из игры. Более нелепого объяснения причины убийства не найти. Но, очевидно, Берестов был настолько пропитан ненавистью к Куракину, что о другом и слышать не хотел. Хотя налицо полная абсурдность этого предположения. И Крымов, понимая это, сначала взялся за дело, поскольку не привык отказывать клиентам, которые хорошо платят, а потом, когда ему сделали более выгодное в денежном плане предложение, отказал Берестову. Вот и получается, что Крымову в сети попалась золотая рыбина – Кристиан.

Кристиан. Если у Кристиана, человека явно не бедного, нашлись деньги для того, чтобы нанять Крымова и просто-таки закупить его, что называется, с потрохами, то почему же он не воспользовался ими раньше для розыска человека, благодаря которому он мог доказать свое право на наследство и разбогатеть? И что такого мог знать или предъявить ТОТ ЧЕЛОВЕК, чтобы помочь Кристиану доказать подобное право?

Ей ничего не стоило позвонить в Париж Крымову и выяснить это более подробно. Но зачем? Чтобы он знал, что ей не дает покоя его неожиданное богатство? Но ведь внезапный отъезд Крымова более чем загадочен. И не кроется ли за этим другая причина – смертельная опасность, нависшая над Крымовым, в которой он упорно не хочет признаваться?

Нет, это было бы слишком красиво и мелодраматично, как в театре. Или в кино. Жизнь более проста и прозаична.

Вдруг в голову Юли пришла другая мысль относительно Кристиана. Он мог НЕ ЗНАТЬ о существовании этих бумаг, а Крымов в частной беседе с каким-нибудь общим знакомым произнес вслух имя человека, у которого имеются какие-то бумаги, касающиеся Кристиана Броше. Вот и получается, что речь могла идти только о завещании. И это завещание скорее всего всплыло НЕОЖИДАННО, поскольку Кристиан мог быть, к примеру, НЕЗАКОННОРОЖДЕННЫМ сыном Броше-старшего.

Кристиан мог искать своего отца просто так, из родственных чувств, как это делают многие растерявшиеся по земному шару родные люди. Он мог не знать о том, что его отец богат…

Юле показалось, что она разгадала этот французский ребус с ценными бумагами и наследственными делами, которые в мире капитализма занимают особое место и вокруг которых разворачиваются еще и не такие мелодрамы. Деньги там и деньги в России – разность порядков колоссальна! Значит, Крымову просто повезло, что судьба свела его с Кристианом, которому он оказался полезен в силу чудесной цепи случайностей, приведшей его в конечном итоге в Париж.

Но интуитивно Юля чувствовала, что эта цепь случайностей окрашена кровью отца Кирилла и что, не будь этого убийства, не было бы ни Кристиана, ни богатства, ни Парижа, ничего… Неужели Кристиан как-то замешан?.. Или Щукина? Или Крымов?..

Обо всем этом она думала, сидя за столиком летнего кафе на набережной и наслаждаясь видом сверкающей на солнце водной глади реки и миражных, светло-зеленых с золотыми пляжами островов. Сиреневый кружевной мост, перекинутый через Волгу и тонувший в белесой дымке, казался нереальным, сотканным из воздуха… Кругом была такая красота и тишина, что Юля, с трудом продираясь сквозь утреннюю истому и оцепенелость, буквально заставляла себя думать о предстоящих и не сулящих ей ничего, кроме страха и волнения, встречах…

Но фотографии, подобно серной кислоте, жгли ее совесть, и даже если учесть, что ее совесть – это духовная собственность, которая принадлежит только ей, все равно – она не сможет бездействовать и молчать, пока хотя бы не удовлетворит своего любопытства. «А там посмотрим».

  131