ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Голос

Какая невероятная фантазия у автора, супер, большое спасибо, очень зацепило, и мы ведь не знаем, через время,что... >>>>>

Обольстительный выигрыш

А мне понравилось Лёгкий, ненавязчивый романчик >>>>>

Покорение Сюзанны

кажется, что эта книга понравилась больше. >>>>>

Во власти мечты

Скучновато >>>>>




  68  

– Похоже, у нее нет опыта работы, – произнес Питер, пролистав стандартный набор страничек, подготовленных персоналом. В графе о предыдущих выступлениях стоял прочерк.

Боже, взмолился про себя Стив. Похоже, это будет любительский фильм. Самый лучший, черт побери, сценарий, возможно, лучший бродвейский режиссер, но театр есть театр, а кино есть кино. Режиссер-новичок в кино – уже достаточно волнений, но еще и неизвестная актриса без опыта работы?

– Ты хочешь сказать, нет опыта работы в кино?

– Нет. Вообще нет опыта работы. Хотя погоди, – сказал Питер, перевернув короткое резюме Уинтер, прикрепленное к листку с биографией. Питер улыбнулся. – Здесь она написала: «несколько школьных спектаклей» и добавила два восклицательных знака и улыбающуюся рожицу.

– Улыбающуюся рожицу? Отлично. Как ее зовут?

– Уинтер Карлайл.

Лоб Стива разгладился. Уинтер Карлайл. Может, у нее и нет опыта работы, но актерские гены у нее есть – это точно.

Уинтер Карлайл. Стив быстро порыскал в памяти и нашел печальное воспоминание о черных волосах, черном платье, черной вуали. На похоронах Жаклин Стив стоял не так близко, чтобы разглядеть лицо под вуалью. Было еще одно давнее воспоминание. Сколько же лет прошло? Десять… нет, двенадцать, это было еще до того, как он познакомился со своей женой. Они с Жаклин вместе делали «В последний раз», она актриса, он режиссер, и они сделали больше чем фильм. Три дивных месяца они испытывали… страсть по меньшей мере. Стив видел дочь Жаклин только один раз, издалека, но запомнил огромные застенчивые глаза цвета фиалки.

В какую же красивую женщину превратилась та маленькая девочка! Красивую, как ее мать, и с таким же удивительным, как у нее, талантом. Интересно, подумал Стив, что еще унаследовала от своей матери Уинтер?

– Она дочь Жаклин Уинтер и Лоренса Карлайла, – сказал Питеру Стив. Затем повернулся к директору, отвечавшей за подбор актеров, которая молча сидела двумя рядами дальше. Четыре дня назад она сказала Стиву, что есть многообещающая неизвестная актриса, но он настоял, что было совершенно логично, чтобы экранные тесты начали с Мишель, Мейдолин, Паулы и Рэчел и всех остальных талантливых, признанных актрис, которые хотели быть Джулией. – Ты об этом знала? Ты знала, кто она?

– Нет, – ответила директор. – Она и словом не обмолвилась. Вела себя тихо, спокойно, не лезла вперед. Я думаю, что у нее даже нет экземпляра сценария.

– Что ж, тогда надо его для нее раздобыть, – сказал Стив. – И свяжись с ее агентом. Вероятно, мы сможем посвятить им уик-энд.

Стив взглянул на Питера. Он знал, что тому не терпится вернуться в Нью-Йорк. Ради подбора актеров для «Любви» он прервал репетиции своей пьесы «Тени разума».

– Если хочешь, Питер, думаю, можно будет договориться о встрече с Уинтер и ее агентом за кофе на Садовой террасе в «Маркизе» в понедельник утром, а не за мартини в «Поло-Лондже» в понедельник днем. – В этом проекте все не так, подумал Стив, почему тогда не заключить сделку за черным кофе, а не за мартини? – В таком случае, если мы получаем Уинтер и ты доверишь мне решить, кто из пяти актеров, которых мы уже наметили, подойдет ей лучше, вечером в понедельник ты уже вернешься в Нью-Йорк.

– Это было бы неплохо. – Питер снова просмотрел резюме Уинтер. – Я не вижу здесь фамилии агента.

– В самом деле? Тогда мы пошлем все прямо Уинтер Карлайл.


Марк вошел в квартиру Уинтер в половине шестого вечера в воскресенье. Субботнюю ночь он провел на дежурстве в госпитале для ветеранов. Уинтер ждала его, но не слышала, как он вошел. Марк нашел ее сидящей в постели и плачущей над сценарием.

– Дорогая! – Марк поцеловал родные влажные глаза. За прошедшие два месяца слезы бывали – печальные и радостные, они лились без смущения, выражая чувства, которые она всю жизнь таила в себе. – Вот это я называю – во власти эмоций.

– Привет! – Уинтер улыбнулась сквозь слезы. – Я, наверное, уже в пятнадцатый раз его перечитываю и все равно опять плачу.

– Грустная история? А мне казалось, она должна быть счастливой.

– Она счастливая. – Она напоминает мне о нас. – Не знаю, смогу ли я произнести эти чудесные слова, не расплакавшись, не говоря уж о том, чтобы произнести их так, как они того заслуживают.

– Настолько хорошо?

– Да.

– Но ты хочешь попробовать?

– Да, я хочу попробовать. Я хочу нарисовать совершенную Джулию, если смогу. – И Уинтер тихо добавила: – И если мне не придется играть любовные сцены.

  68