ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Голос

Какая невероятная фантазия у автора, супер, большое спасибо, очень зацепило, и мы ведь не знаем, через время,что... >>>>>

Обольстительный выигрыш

А мне понравилось Лёгкий, ненавязчивый романчик >>>>>

Покорение Сюзанны

кажется, что эта книга понравилась больше. >>>>>

Во власти мечты

Скучновато >>>>>




  101  

Пока я предавался тягостным раздумьям, в спальню вернулся Джон. Он молча встал рядом. Мы оба смотрели на тело Люси. Потом Джон спросил:

– Скажите, профессор, есть ли у умирающего право знать, что он умирает?

Его тон был удивительно спокойным, словно мы с ним вели послеобеденную беседу. Возможно, решил я, он просто хочет отвлечься от случившейся трагедии и занимает мозг рассуждениями. Я решил ему помочь, и поэтому столь же спокойно ответил:

– Разумеется, есть. Если умирающий не будет знать, что умирает, как тогда он сумеет надлежащим образом подготовиться?

Тогда Джон задал следующий вопрос. На этот раз я уловил в его тоне слабое, но быстро нарастающее раздражение.

– А человек, ведущий битву... даже если ему не суждено в ней победить... он имеет право знать, против кого сражается?

У меня похолодела спина. Теперь я понял, куда клонит Джон, но не мог заставить себя дать ответ. Вместо этого я пристально глядел на него и видел, как он прилагает нечеловеческие усилия, чтобы сдержать переполнявшие его чувства и не позволить им вырваться наружу.

Поняв, что ответа не будет, Джон повел на меня словесную атаку:

– Профессор, вы больше не можете нести свою чудовищную ношу в одиночку. Вы видели Артура и Квинси. Думаю, с вашей проницательностью вы сразу поняли, что оба они – честные и смелые люди. У них...

– Что вы предлагаете, Джон? Сказать им правду? Даже если они мне поверят, что это даст? Я лишь подвергну их еще большей опасности.

– Вы держали Люси в неведении! – воскликнул он, заливаясь краской. – И что хорошего из этого вышло?

Мне было нечего ему ответить. Я стоял и молча слушал. Я понимал: гнев помогает Джону выплеснуть горе. Ему было не остановиться. Его трясло. В другое время Джон не осмелился бы повысить на меня голос, сейчас же он не только кричал, но и потрясал в воздухе кулаками.

– Мои друзья тоже имеют право знать подлинную причину смерти Люси. Только тогда они смогут отомстить за нее и извести эту заразу под корень! Арт и Квинси – самые близкие мои друзья, и я больше не намерен скрывать от них правду! Квинси, когда он с пистолетом бродил под окнами, запросто могли укусить. Представляете его положение? Он нес свой дозор, стараясь хоть чем-то быть полезным, и даже не знал, кто ему противостоит. Как по-вашему, это честно?

Сдерживаемые слезы все-таки прорвались наружу, причем таким безудержным потоком, что Джон рухнул на колени и, сотрясаемый рыданиями, уткнулся лицом в простыни, в бессильной ярости колотя кулаком по матрасу.

Я не стал его утешать, а дал ему полностью выплакаться. Однако слова Джона сильно задели меня и подняли в моей душе бурю совсем иного свойства.

Через какое-то время Джон поднялся (его лицо было красным и совершенно мокрым от слез) и пошел прочь. Возле самой двери он обернулся и уже спокойным, уважительным тоном (этим он хотел показать мне, что думает над каждым словом, а не бросает их под напором чувств) сказал:

– Доктор Ван Хельсинг, вы долгое время действовали втайне, доверяя магическим ритуалам и иным способам защиты. Как вы убедились, ваши знания оказались бесполезны, а ритуалы подвели вас в трудную минуту. Но есть то, что не никогда не подведет, что сильнее любого зла – человеческое сердце. Для грядущей битвы я предлагаю вам свое сердце и сердца двух своих ближайших друзей. Я делаю это ради них и ради вас!

* * *

26 сентября

Двадцать второго числа мы похоронили Люси и ее мать. Похороны – и так тягостное событие. Но для нас с Джоном они были тягостными вдвойне, поскольку мы доподлинно знали, что Люси не обрела желанного покоя.

Джон порывался рассказать своим друзьям все правду. Я еле убедил его не совершать поспешных действий, ибо результат мог оказаться противоположным ожидаемому. Но я не переставал думать над его гневными словами, и чем больше анализировал их, тем отчетливее понимал, что он прав. Мы с ним договорились: когда настанет время дать мисс Люси настоящее упокоение, о котором она просила, печальный ритуал совершит Артур. Джон, Квинси и я будем находиться рядом, готовые в случае необходимости прийти ему на помощь. Я написал Артуру и Квинси письма с просьбой приехать и вместе со мной посетить склеп Вестенра. Я намеренно воздержался от объяснений, ибо никакие слова не убеждают так, как увиденное собственными глазами.

В прошедшие дни мне пришлось заниматься множеством разных дел. Поскольку у миссис Вестенра не было родственников, она завещала Хиллингем Артуру. Мы с Джоном взяли на себя устройство похорон и приведение в порядок необходимых документов, потому что сам Артур был погружен в аналогичные хлопоты, вызванные кончиной отца. Я попросил у него разрешения просмотреть личную переписку Люси и ее дневник, сказав, что, возможно, сумею лучше понять "причину ее болезни". Мое довольно странное намерение изучить конфиденциальные бумаги покойной не удивило Артура (бедняге было не до этого), и он почти машинально пробормотал: "Да-да, конечно".

  101