![](./images/np_l.gif)
![](./images/np_r.gif)
— Странно... — Джон положил свой квадратный подбородок на сложенные ладони — этот молитвенный жест выражал глубокую задумчивость.
— Джон, ты должен сказать мне, где они находятся. А что, как она снова увезет Лиззи?
— Они на острове, — проговорил Джон.
— Не может быть!
— Они там в коттедже, совсем одни.
— Это же надо рехнуться!
— Можно подумать, что она специально искушает судьбу, не правда ли? — бросил Джон.
Искушает судьбу. Это точно. Это как раз то, что Джессика Банкрофт обожает больше всего. Вслух Тед только заметил:
— Мне бы в голову не пришло искать их там.
— Вот уж воистину два сапога пара. Только подумай — ехать туда! А что будет с Джексоновой заимкой без тебя?
— Там останется мой шурин — Кирк Маккей, единственный человек на земле, которому я доверяю.
— Лучше бы вам встретиться на нейтральной территории.
Тед бросил ледяной взгляд на златокудрую стройную красавицу на фотографии. Он никак не мог отделаться от воспоминаний о ее теле. Его и сейчас все еще душила ярость. Тед почти физически ощущал прикосновение розовых бутонов ее сосков к своей груди. Тело Джесс было стройным и даже худощавым; оно пробудило в нем неистовый жар желания и сторицей вознаградило его самые дерзкие ожидания. Джесс была столь прекрасна, столь восхитительна — один-единственный раз. Взять ее было так легко. Забыть — совершенно невозможно.
Потому что он любил ее.
Он искал ее той ночью. Она сказала, что тоже искала его. Только когда нашла — сознательно выдала себя за Дейерде.
Дейерде, на которой он женился из-за одной той ночи.
Дейерде, которая все последующие десять лет была фригидной — по крайней мере в постели с ним.
Дейерде, которая вышла за него замуж только из-за денег и сбежала, забрав ребенка, при первой же опасности.
Тед вздрогнул, словно ему в грудь вонзили острый нож.
Тогда, десять лет назад, у него с Дейерде все было на грани разрыва, но Джесс сознательно соблазнила его, выдав себя за сестру.
Тед мрачно усмехнулся, пряча в карман фотографии.
Нет, с этими сестрами-близнецами не соскучишься...
Глава вторая
Аромат мимозы, олеандра и лавра смешивался с запахом моря.
Все на острове отдыхали.
Все, кроме доктора Джессики Банкрофт Кент.
Да еще мальчонки-аборигена с густой копной волос, который следил за ней, прячась за стволами могучих деревьев тропического леса.
Толпы туристов на другом конце острова купались, ныряли, катались на водных лыжах или рассматривали чудеса подводного царства сквозь стеклянные днища катеров. Но Джесс приехала в этот испещренный солнечными бликами лесной рай с его порхающими там и сям голубыми бабочками и великолепными пляжами не как турист. У нее была своя, особая цель.
Слово «отдых» вообще не входило в ее лексикон.
Хотя сейчас она, как никогда раньше, мечтала об отдыхе. Сердце ее учащенно билось от перенапряжения, а жара была такая, что ей казалось, она сейчас взорвется.
Мальчуган неотрывно смотрел на нее из джунглей. Их взгляды встретились. Джесс улыбнулась, но, как часто случалось, когда она пыталась вступить в общение, он перепугался и бросился бежать. Крепкие коричневые ноги мелькнули перед ней, проносясь по тропинке из белой коралловой крошки.
Джесс чувствовала себя как в парной. Только что прошел ливень. Яростное летнее солнце нещадно жгло поверхность этого тропического островка. Даже в тени густых зарослей леса — австралийцы называют его скрэбом — дышать было нечем. Джесс стояла на тропинке, пыхтя и отдуваясь, вцепившись в ручки косилки, которую пыталась втащить на гору. Жара стояла невыносимая. Дорогу ей преградил бульдозер, оставленный кем-то прямо поперек тропы.
Заколки на волосах Джесс съехали, и влажные пряди прилипли к шее и лбу. Шорты цвета хаки и блузка были мокрые хоть выжимай, ткань плотно облегала ее большие груди.
Даже сейчас, столько лет спустя, собственный бюст, который был притчей во языцех в школьные годы, смущал Джессику, и она всячески пыталась замаскировать его мешковатой одеждой. Ее бесило, что именно ее груди, а не мозги, привлекали внимание представителей мужского пола.
— Мозги, дорогая, у меня и свои есть, — такой перл выдал как-то один ее приятель.
Она потянула мокрую ткань, но тут же оставила попытку отлепить ее от тела и стала обмахиваться ладонью. Идея выкосить буйно заросшую лужайку перед коттеджем Дейерде как-то увяла сама собой, и Джесс уже не испытывала никакого энтузиазма. Она бы сейчас с большим удовольствием сбросила чертову косилку под гору, если бы не мысль о самодовольной ухмылке на мальчишеской физиономии Уолли. Вечно это мужское самодовольство!
![](./images/np_l.gif)
![](./images/np_r.gif)